ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ СУДОМ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

Тащилин М.Т.
доктор юридических наук, профессор,
заслуженный юрист РФ,
первый заместитель председателя
Ставропольского краевого суда

ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ СУДОМ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

Проблемы назначения наказания судом с участием присяжных заседателей в Российской Федерации видятся в несовершенстве законодательства, не всегда обеспечивающем вынесение обоснованного вердикта присяжными заседателями о снисхождении подсудимому, а также назначении справедливого уголовного наказания профессиональным судьей.

Существующий порядок, установленный статьей 339 УПК РФ, о том, что присяжные заседатели одновременно с ответом о доказанности деяния и виновности в нем подсудимого должны ответить, заслуживает ли подсудимый снисхождения, не обеспечивает объективного вынесения вердикта присяжными заседателями и является в постановке вопроса несколько некорректным.
В соответствии со статьей 65 УК РФ срок или размер наказания лицу, признанному присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление
При ответе о доказанности события преступления и вины подсудимого присяжные заседатели учитывают доказательства, исследованные в судебном заседании, речи сторон в судебных прениях, напутственное слово председательствующего, а также иные обстоятельства, установленные судом, а поэтому располагают всем необходимым для ответа на поставленные вопросы на основе своего внутреннего убеждения и совести.
Вместе с тем, присяжные заседатели совершенно не располагают необходимыми данными для ответа на вопрос, заслуживает ли подсудимый снисхождения. Такое положение стало возможным вследствие запрета, установленного в части восьмой статьи 335 УПК РФ, согласно которой данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого.
Очевидное несовершенство уголовно-процессуальной формы зачастую вынуждает присяжных заседателей выносить вердикт о снисхождении к подсудимому абсолютно непродуманный, безответственный, который нередко оказывается противоречащим их совести и убеждению.
Опрос присяжных заседателей непосредственно после судебного разбирательства показал, что они в подавляющем большинстве (97,5%), признают ошибочным свой вердикт о снисхождении к подсудимому, после ознакомления с его данными его личности.
Требование закона ответить присяжными заседателями на вопрос, содержание которого может обязывать судью не применять исключительной меры наказания – смертной казни, или пожизненного лишения свободы, или не назначать наказания, не превышающего двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида уголовного наказания, предусмотренного за совершенное преступление, должно обеспечиваться возможностью вынесения присяжными заседателями взвешенного вердикта.
Однако процессуальная норма, запрещающая исследовать в судебном заседании данные о личности подсудимого, находится в противоречии с общими началами назначения уголовного наказания, и при ответе на вопрос о снисхождении к подсудимому присяжный заседатель лишается возможности иметь свое субъективное мнение о характере и степени общественной опасности преступления, сведений о личности подсудимого и условиях жизни его семьи.
Функционирование суда с участием присяжных заседателей должно осуществляться в духе лучших традиций судебного производства в России и зарубежных странах. Не отстранение присяжных заседателей от изучения и оценки личности подсудимого, а, наоборот, представление возможности всесторонне исследовать негативные и позитивные свойства его личности является важнейшей задачей судебного разбирательства.
Присяжный заседатель вправе рассчитывать на то, что в суде ему станут известными свойства личности подсудимого: социально-демографические (возраст, пол, уровень образования); социально-психологические (уровень интеллектуального и волевого развития, тип темперамента); социально-ролевые (семейный статус, должность, профессия, стаж работы, участие в общественной жизни); социально-поведенческие (тип поведения в семье, трудовом (учебном) коллективе, общественных местах, в том числе по месту жительства).
Решить данную проблему возможно путем исключения ч.4 ст.339 УПК РФ о том, что в случае признания подсудимого виновным ставится вопрос о том, заслуживает ли он снисхождение, и изложить статью 347 УПК РФ в следующей редакции:
«Статья 347. Обсуждение последствий вердикта
1. После провозглашения оправдательного вердикта присяжных заседателей председательствующий благодарит присяжных заседателей и объявляет об окончании их участия в судебном разбирательстве. В судебном заседании с участием сторон исследуются и обсуждаются лишь вопросы, связанные с разрешением гражданского иска, распределением судебных издержек, вещественными доказательствами.
2. В случае вынесения обвинительного вердикта в судебном заседании с участием присяжных заседателей и сторон производится исследование обстоятельств, связанных с квалификацией содеянного подсудимым, назначением ему уголовного наказания с учетом общих начал назначения уголовного наказания, разрешением гражданского иска и другими вопросами, разрешаемыми судом при постановлении обвинительного приговора.
По окончанию исследования указанных обстоятельств выслушиваются прения сторон.
Стороны могут затрагивать в своих выступлениях любые вопросы права, подлежащие разрешению при постановлении судом обвинительного приговора, однако сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта присяжных заседателей.
3. После завершения прений сторон подсудимому предоставляется последнее слово.
4. По окончанию последнего слова, председательствующий ставит перед присяжными заседателями в вопросном листе дополнительный вопрос: заслуживает или не заслуживает подсудимый снисхождения, и, выступив с кратким напутственным словом, удаляет их в совещательную комнату.
После возвращения присяжных заседателей из совещательной комнаты председательствующий, убедившись в надлежащем оформлении ответа, поручает старшине присяжных заседателей огласить ответ в вопросном листе о снисхождении к подсудимому.
Затем председательствующий объявляет об окончании их участия в судебном разбирательстве и удаляется в совещательную комнату для вынесения решения по делу».
Предложенные изменения потребуют также п. 4 ч. 3 ст. 340 УПК РФ.
При подобном порядке судебного разбирательства фактически исключается возможность вынесения присяжными заседателями необоснованного вердикта о снисхождении подсудимому, что будет способствовать назначению судьей справедливого уголовного наказания.
В литературе и судебной практике критически относятся к правилам учета обстоятельств, смягчающих наказание при вердикте присяжных заседателей о снисхождении. Закон, ч. 4 ст. 65 УК РФ запрещает их учитывать при назначении меры уголовного наказания. Такой установкой законодатель разрушает смысл индивидуализации уголовного наказания. Закон обязывает суд при вердикте присяжных заседателей о снисхождении к подсудимому лишь снизить предельный размер максимального вида наиболее строгого наказания.
Вместе с тем, санкция ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 126, ч. 3 ст. 209, ч. 3 ст. 210, ст. 317 УК РФ предусматривает максимальное уголовное наказание в виде лишения свободы сроком на 20 лет. Следовательно, судейское усмотрение в назначении уголовного наказания ограничивается вердиктом присяжных заседателей о снисхождении подсудимому в пределах до 13 лет 4 месяцев. Между тем, минимальный размер лишения свободы установлен за некоторые из них 12 лет и тем самым суд обязан индивидуализировать уголовное наказание виновному в пределах лишения свободы от 12 лет до 13 лет 4 месяцев. Какими критериями (правилами) назначения уголовного наказания должен руководствоваться суд в данных случаях, если закон (ч.4 ст. 65 УК) запрещает учитывать обстоятельства, отягчающие наказание. При наличии обстоятельств, смягчающих уголовное наказание, суд обязан снизить наказание от предельно возможного срока лишения свободы, от 13 лет 4 месяцев и фактически их дважды учесть в смягчении уголовного наказания. Однако, ряд обстоятельств, отягчающих наказание, устанавливаются судом в отсутствие присяжных заседателей, и запрет на их учет судьей существенно ограничивает судейское усмотрение в назначении наказания и не способствует его индивидуализации, а поэтому предлагается ч.4 ст. 65 УК РФ исключить.
В судебной практике возникают проблемы назначения меры наказания при совокупности вердикта коллегии присяжных заседателей о снисхождении к подсудимому с иными обстоятельствами, обязательно смягчающими наказание, предусмотренными статьями 88, 66 и 62 УК РФ. Законодателем не установлены правила последовательности их учета, нет достаточно полных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ.
Полагаем, что при вердикте присяжных заседателей о снисхождении к подсудимому в совокупности с требованиями о смягчении наказания, предусмотренными статями 88, 66 и 62 УК РФ, они все подлежат обязательному учету судьей в последовательном порядке при назначении уголовного наказания.
Представляется, что при вердикте присяжных заседателей о снисхождении к несовершеннолетнему подсудимому, суд сначала должен учитывать правила смягчения наказания, предусмотренные статьей 88 УК РФ. Затем учесть требования статьи 65 УК РФ о том, что срок и размер уголовного наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида уголовного наказания, предусмотренного за совершенное преступление.
Таким образом, пределы судейского усмотрения определяются:
если санкцией нарушенного несовершеннолетним закона предусмотрено максимальное наказание в виде штрафа, то его размер может быть назначен от одной тысячи до тридцати трех тысяч тридцати трех рублей, или в размере заработной платы или иного дохода несовершеннолетнего осужденного за период от двух недель до четырех месяцев;
если санкцией нарушенного несовершеннолетним закона предусмотрено максимальное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, то срок может быть назначен от одного года до трех лет четырех месяцев;
если санкцией нарушенного несовершеннолетним закона предусмотрено максимальное наказание в виде обязательных работ, то их срок может быть назначен от сорока до ста семи часов;
если санкцией нарушенного несовершеннолетним закона предусмотрено максимальное наказание в виде исправительных работ, то их срок может быть назначен от двух до восьми месяцев;
если санкцией нарушенного несовершеннолетним закона предусмотрено максимальное наказание в виде ареста, то он может быть применен только к лицам, достигшим шестнадцатилетнего возраста, и может быть назначен на срок от одного до трех месяцев двадцати дней;
если санкцией нарушенного закона несовершеннолетним предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы, то лицам, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, совершившим:
а) впервые преступление небольшой и средней тяжести - лишение свободы не назначается;
б) преступление небольшой и средней тяжести не впервые - срок лишения свободы может быть назначен в пределах двух третей максимально возможного лишения свободы для несовершеннолетнего за совершенное преступление;
в) тяжкое преступление - срок лишения свободы не может превышать четырех лет, а низший предел наказания сокращается на половину.
г) особо тяжкое преступление - срок лишения свободы не может превышать шести лет восьми месяцев, а низший предел наказания сокращается наполовину;
если санкцией нарушенного закона несовершеннолетним от шестнадцатилетнего до восемнадцатилетнего возраста, предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы, то совершившим:
а) впервые преступление небольшой тяжести - лишение свободы не назначается;
б) преступление небольшой тяжести не впервые или средней тяжести - срок лишения свободы может быть назначен в пределах две трети максимальной санкции совершенного несовершеннолетним преступления;
в) тяжкое или особо тяжкое преступление - срок лишения свободы может быть назначен до шести лет восьми месяцев, а низший предел наказания сокращается наполовину.
Аналогично должен решаться вопрос о наказании при вердикте присяжных заседателей о снисхождении к подсудимому за неоконченное преступление. Сначала должны учитываться требования закона о смягчении наказания, предусмотренные статьей 66 УК РФ, о том, что срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины, а при покушении - трех четвертей максимальной меры наказания наиболее строгого вида наказания. Затем должны учитываться правила статьи 65 УК РФ о том, что срок и размер уголовного наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида уголовного наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Таким образом, за приготовление к преступлению срок или размер наказания может быть назначен не свыше одной трети (две трети от половины), а за покушение на преступление - половины (две трети от трех четвертей) максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за оконченное преступление. На необходимость подобного учета этих двух обстоятельств, обязательно смягчающих наказание дано разъяснение в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 11 января 2007 года "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания".
Таким же образом должно определяться наказание при вердикте присяжных заседателей о снисхождении к подсудимому, которому должны быть применены правила смягчения уголовного наказания, предусмотренные статьей 62 УК РФ. Сначала должны учитываться требования закона о смягчении наказания, предусмотренные статьей 62 УК РФ о том, что срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Затем должны учитываться правила статьи 65 УК РФ о том, что срок и размер уголовного наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида уголовного наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Таким образом, наказание при совокупности двух правовых норм обязательного смягчения может быть назначено не свыше половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.
Следует заметить, что судебная практика учета этих двух обстоятельств, обязательно смягчающих наказание, по иному определяется в настоящее время судами. Так, по приговору Краснодарского краевого суда с участием присяжных заседателей от 7 июня 2000 года Микуров осужден к лишению свободы по п.п. «а», «к», «н» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на тринадцать лет. Судом в качестве смягчающего обстоятельства признана явка с повинной, однако в связи с наличием отягчающего обстоятельства, рецидива преступлений, наказание с учетом правил статьи 62 УК РФ не назначалось. Президиум Верховного Суда РФ от 28 июля 2004 года исключил из приговора суда указание о наличии рецидива преступлений, однако назначенную меру наказания оставил без изменения. Суд указал, что признание явки с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание в данном случае не влечет за собой обязательного назначения наказания в размере не более трех четвертей от возможного, с учетом правил статьи 65 УК РФ, поскольку применение статьи 65 УК РФ и статьи 62 УК РФ законодатель связал именно с максимальной санкцией соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, а не с последовательным применением этих норм. Такое же разъяснение дано судам в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 22 ноября 2005 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей».
Представляется, что определенный Верховным Судом Российской Федерации порядок учета обстоятельств данных двух видов обязательного смягчения уголовного наказания при их совокупности является ошибочным, так как он нарушает принцип индивидуализации уголовного наказания судом и необоснованно лишает подсудимого «поощрительного» смягчения уголовного наказания по правилам статьи 62 УК РФ. Это разъяснение тем более несправедливо, если учесть, что присяжные заседатели при вынесении вердикта о снисхождении, в силу запрета законодателя на исследование данных о личности подсудимого, могли не учитывать смягчающие обстоятельства, предусмотренные статьей 62 УК РФ.
Как бы компенсируя необоснованное устранение «поощрительные нормы» в смягчении уголовного наказания Пленум Верховного Суда Российской Федерации №23 от 22 ноября 2005 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» разъяснил, что в таких случаях суд вправе назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено законом. Однако, на мой взгляд, подобным разъяснением Пленум Верховного Суда РФ необоснованно расширил возможность назначения наказания в соответствии со статьей 64 УК РФ, что является прерогативой законодателя.
Анализ уголовно-процессуальной нормы, предусматривающей постановку перед присяжными заседателями вопроса о том, заслуживает ли он снисхождения, не представляется альтернативной в принятии решения, и является некорректной. Не искушенные практическим опытом работы и не имеющие достаточных правовых знаний присяжные заседатели видят, как правило, в данном вопросе предложение определиться: заслуживает ли снисхождения подсудимый. Исключить данное положение возможно при постановке перед коллегией присяжных заседателей альтернативного вопроса: заслуживает или не заслуживает подсудимый снисхождения? При таком варианте постановки вопроса, ответ присяжных заседателей будет более взвешенный.